Чрезмерная маркировка может отпугнуть слушателя и обесценить качественные работы, а её отсутствие — подрывать доверие к артистам и нарушать права авторов, сказал НСН гендиректор Национальной федерации музыкальной индустрии (НФМИ) Никита Данилов.

Глава «Газпром-Медиа» Александр Жаров выступил против введения тотальной маркировки созданного ИИ контента. По его словам, это разрушает художественную ценность произведений. Жаров отметил, что предпочтительнее был бы дифференцированный подход к маркировке, при котором помечались бы только те материалы, где использование ИИ имеет значение для доверия зрителя, в частности, фрагменты новостных сюжетов или документальных фильмов. Данилов поддержал дифференцированный подход, который озвучил Жаров, и провёл конкретную линию для музыкальной индустрии: где ИИ — это просто продвинутый плагин, а где он уже претендует на роль автора.

«Позиция Александра Жарова созвучна тому, что музыкальная индустрия обсуждает уже несколько месяцев: к маркировке ИИ-контента должен быть сбалансированный подход, и он не должен превращаться в формальную процедуру. Маркировка должна, прежде всего, информировать пользователя сервиса о том, что перед ним — синтезированный контент. Если говорить о музыкальном треке, то грань между "инструментом" и "соавтором" проходит там, где ИИ перестает быть техническим помощником и начинает формировать художественное содержание — мелодию, аранжировочное решение, вокальную партию, лирику. Черновой подбор аккордов, выравнивание дорожек, шумоподавление, мастеринг с помощью ИИ-плагинов — это инструментарий, который использовался (в более простых формах) и до генеративного ИИ, и требовать информирования слушателя об этом бессмысленно: тогда придется маркировать вообще любую цифровую обработку звука. Предметом раскрытия должны быть случаи, когда ИИ выступает источником творческого результата, который иначе принадлежал бы человеку-автору или исполнителю», — сказал собеседник НСН.

Данилов объяснил, почему слепая маркировка всего подряд скорее навредит.

«Слушатель в первую очередь реагирует на эмоцию и звучание — это подтверждается и тем, что треки, созданные с помощью ИИ без раскрытия этого факта, регулярно набирают миллионы прослушиваний. Но это не значит, что вопрос происхождения не важен вообще: он становится значимым в момент, когда встает вопрос доверия — например, если ИИ-трек выдается за творчество конкретного живого артиста или участвует в конкурсах, чартах или премиях, где предполагается человеческое авторство. Маркировка действительно может работать как «цензура ожиданий», если применяется без разбора: заранее настроенный против ИИ слушатель хуже воспримет даже качественную работу. Именно поэтому мы настаиваем на дифференцированном подходе — маркировка нужна не как ярлык-предупреждение, а как инструмент прозрачности в конкретных, значимых для доверия ситуациях», — указал эксперт.

По его словам, у российских стримингов уже есть технологии детекции, но остаётся нерешённым вопрос — кто должен раскрывать наличие ИИ, автор или платформа. НФМИ выступает за модель, где платформа сама проверяет контент, а не полагается на добросовестность правообладателей.

«Что касается технической готовности: у крупных российских стриминговых платформ уже есть базовые возможности для детекции ИИ-контента, и в переговорах с индустрией они это подтверждают. Вопрос не столько в технологии, сколько в том, кто должен нести обязанность раскрытия — сам правообладатель на этапе загрузки или платформа на этапе технической проверки. НФМИ настаивает на сбалансированном варианте: одностороннее самораскрытие со стороны автора и иного правообладателя без верификации создает риски недобросовестного поведения и неравных условий конкуренции, тогда как платформенная детекция в связке с единым отраслевым меморандумом, который целесообразно разработать с участием платформ и правообладателей, дает более устойчивую и справедливую модель», — добавил Данилов.

Ранее руководитель направления собственного контента группы компаний «Литрес» Полина Байманова рассказала НСН, как авторы сегодня используют нейросети, чего ждёт от литературы современный читатель и какие меры готовятся на уровне цифровых платформ.