На сон медведя зимой влияет не погода, а то, насколько он сыт: в этом году был неурожай растительной пищи, которая составляет основу его рациона, поэтому велик риск, что животные будут искать пропитание по деревням и помойкам. Об этом НСН заявил журналист-натуралист Александр Хабургаев.

Медведи в Подмосковье рискуют остаться без зимней спячки — затяжные дожди и нестабильная погода повышают вероятность появления шатунов, сообщает Mash в мессенджере «Макс». Отмечается, что сейчас в регионе живет больше 100 животных. По словам Хабургаева, на медведя влияет не столько погода, сколько возможность найти пропитание.

«Влияет на медведей не столько погода и циркадные ритмы, сколько возможность набрать энергетический запас, чтобы дотянуть до весны. Животному надо откармливаться, в основном на растительной пище. Это кедровые орешки, которые не уродились в этом году, рябина, овес (медведи на полях овса пасутся как лошади или коровы). Строго говоря, медведь не впадает в спячку, как сурок или суслик, а именно спит, и сон его достаточно чуткий. Если его поднять зимой, то мы получим голодного шатуна. Если зверь набрал энергетический запас жира, он делает себе берлогу и ложится спать. Если не набрал, он будет искать еду по помойкам, по деревням. Если медведь увидит человека на помойке, на которую ходит каждую ночь, он будет считать этого человека конкурентом со всеми вытекающими последствиями», — сказал Хабургаев.

Собеседник НСН также заявил, что сто с лишним медведей в Подмосковье — это много, и объяснил возросшую численность животных в регионе.

«Медведи нормально живут рядом с городами. Это вовсе не такие неуклюжие животные, какими их представляют в сказках. Медведь может идти рядом с вами по лесу, и ни одна веточка не хрустнет под его лапами. Это очень ловкий и очень умный зверь, поэтому он везде найдет себе еду. Другое дело, что иногда при этом страдают люди. Порядка ста медведей — это много, особенно с учетом того, что на медведя в течение последних десятилетий интенсивная охота не велась, потому что это нерентабельный трофей. Мясо в пищу практически непригодно: у нас нет такой традиции, кроме того, оно часто бывает поражено гельминтами. Шкуры выделывать — сейчас очень мало осталось мастеров. Лицензия стоит очень дорого — сейчас ее продлили, раньше она вообще три дня действовала, стоила порядка 50 тысяч рублей. Ограничения охоты привели к тому, что медведей стало очень много, их плотность очень большая», — добавил эксперт.

Хабургаев указал на то, что медведи перестали бояться людей.

«У каждого медведя очень большой охотничий участок, он его метит и охраняет, делает задиры когтями. Поэтому молодые медведи должны идти дальше и искать себе новые земли для обживания. Вот они и продвигаются все ближе и ближе к мегаполисам. Если раньше такой фактор, как боязнь человека, работал, то теперь они фактически утратили антропофобию, из любопытства могут и подойти к человеку», — отметил он.

Ранее в Томской области голодный медведь залез в жилой дом и уснул на диване.