Судебный туризм может вызвать проблемы в случае перехода на личности, однако с точки зрения судебных процессов в этом явлении пользы гораздо больше — оно способствует правовому просвещению россиян. Об этом НСН заявил адвокат, бывший судья Мосгорсуда Сергей Груздев.

Судебный туризм набирает популярность в России. Об этом сообщил Telegram-канал Baza. Соотечественники «путешествуют» по открытым заседаниям ради эффекта «сериала в реальной жизни», они приходят в качестве слушателей, для этого не требуется быть стороной дела или иметь специальный статус. По словам Груздева, такое явление может спровоцировать проблемы в случае перехода на личности участников процесса.

«С точки зрения этики какие-то вопросы могут возникать, когда какие-то дела становятся достоянием общественности, но это касается не самой системы, а перехода на личности. Это неприятно не для самой системы, а именно для участников процесса. Когда я как судья оглашал какие-то приговоры по громким делам, когда было очень много людей, прессы, я просил журналистов, и приставы это контролировали, чтобы меня не снимали вообще. Делается это в интересах собственной безопасности. Как и все люди, я передвигался по городу в общественном транспорте без охраны. В случаях с уголовными делами это прослеживается более явно. Всегда есть недовольная сторона: если выносится оправдательный приговор, потерпевший расстроится. Если выносится обвинительный приговор, недовольны осужденный и его родственники», — сказал Груздев.

Если же рассматривать явление с точки зрения судебной системы, в нем гораздо больше плюсов, чем минусов, подчеркнул собеседник НСН.

«Что касается самой судебной системы, в этой ситуации я вижу гораздо больше плюсов. Это называется гласностью правосудия. Скажем, мои клиенты порой задают мне какие-то элементарные и глупые вопросы, ответы на которые может найти любой человек. Но люди в основной массе настолько непросвещенные с точки зрения их прав и функционирования судебной системы, что, возможно, судебный туризм поспособствует более эффективному пониманию обществом судебной системы. Наверное, такие процессы будут освещаться, наверное, будут высказываться какие-то мнения в открытых источниках, соцсетях, мессенджерах», — добавил он.

В заключение Груздев предположил, что судебный туризм стал следствием засилья ток-шоу на центральном телевидении, оттуда же пошла и романтизация судебных заседаний.

«Возможно, это все порождение наших центральных телеканалов, передач, которые заточены под копание в каких-то личных проблемах. Такой вывод можно сделать, исходя из большинства сюжетов в них. Возможно, людям не хватает хлеба и зрелищ. Очень многие романтизируют судебные процессы, а по факту они очень сухие, там много формальностей, бюрократических процедур, которые вряд ли будут интересны общему слушателю. Если на первых трех процессах в зал не войти, то к концу дела остаются два-три пишущих журналиста, то есть даже у журналистов не всегда хватает терпения, несмотря на то, что это их хлеб. Кроме того, никто не застрахован от переноса судебных заседаний, от неявки ключевых свидетелей — даже суд не знает, придут ли они на процесс. Поэтому подгадать “вау-эффект” от процесса тоже достаточно тяжело, думаю, пока все-таки это явление носит эпизодический характер для людей со странностями. Но для проведения судебного заседания в закрытом режиме нужны веские причины, если это общеуголовные дела. У нас законодательно закреплен открытый доступ к судебным процессам», — подытожил он.

Ранее доцент кафедры психологии профессиональной деятельности РГПУ имени Герцена, доктор политических наук Александр Конфисахор заявил, что желание увидеть судебные подробности в мельчайших деталях — это проявление комплекса неполноценности человека, при этом особенно интересны скандалы с участием публичных личностей.