Главная угроза для редкой рыбы — вовсе не несколько пойманных экземпляров, а масштабные техногенные факторы, заявил в пресс-центре НСН адвокат обвиняемого, президент Союза адвокатов России, доктор юридических наук Игорь Трунов.

В Красноярском крае возбуждено уголовное дело в отношении шести членов общины старообрядцев, которым вменяют незаконную ловлю сибирских осетров, внесенных в Красную книгу. Среди монахов — гражданин США Стефан Касачев, поживающий в местной общине с 2013 года. По версии следствия, старообрядцы выловили из реки Сургутиха 11 краснокнижных рыб общей стоимостью свыше 5,2 миллиона рублей, и теперь по ч.3 ст. 258.1 УК РФ им может грозить до восьми лет лишения свободы.

«Они поймали рыбу из Красной книги — сибирского осетра, енисейский подвид. Возникает вопрос: неужели монахи стали есть столько рыбы, что из‑за этого подвид оказался под угрозой исчезновения? Мы проанализировали ситуацию и пришли к выводу: осетр находится на грани исчезновения в первую очередь из‑за строительства плотин и каскадов гидроузлов — они перекрыли миграционные пути и нарушили работу нерестилищ. Свою роль играют и другие факторы: промышленное загрязнение, деятельность нефтегазового сектора, лесопереработки, сбросы тяжелых металлов и токсичных веществ, утечки и разливы нефтепродуктов. Кроме того, добычу песчано‑гравийной смеси теперь организуют прямо в реке — ее черпают для строительства дорог и производства бетона. По реке такой материал ещё и выгоднее сплавлять. А осетр — донная рыба: если со дна всё вычерпали, ему просто нечего есть», — указал адвокат обвиняемого.

По его словам, монахи ловили рыбу, чтобы не умереть с голоду.

«В прошлом году в Енисей было сброшено 30 тонн нефтепродуктов. Затем произошло загрязнение реки возле Красноярска — нефтяными отходами оказалось поражено более трех километров русла. При этом никого не привлекли к ответственности, хотя в подобных ситуациях рыба гибнет массово. Монахи выловили несколько рыб, чтобы прокормиться. Мы считаем, что здесь имеет место крайняя необходимость — это обстоятельство, исключающее преступность деяния. Если они не добудут рыбу, зимой им будет нечего есть — возникает реальная угроза жизни. Ближайший магазин находится примерно в 400 километрах, а до Красноярска — около тысячи километров», — отметил Трунов.

Он также указал на парадокс: как малочисленные народы могли узнать о запрете, если ближайший магазин — в 400 км, а процедура разрешений им недоступна.

«Коренные малочисленные народы зачастую имеют низкий уровень грамотности, поэтому для них практически невозможно оформить все необходимые разрешения на сбор дикоросов и вылов рыбы. Да, формально у них есть конституционное право и возможность это сделать, но реализовать его на практике нереально. Как, например, монахи, у которых даже нет паспортов, могут разобраться в процедуре и собрать нужный объем документов? Кроме того, енисейский подвид осетра был включен в Красную книгу сравнительно недавно — в марте 2020 года. Каким образом малочисленные народы должны были своевременно узнать о том, что вылов этой рыбы теперь запрещён, а за него грозит до восьми лет лишения свободы? Как они вообще могли об этом догадаться? Мы направили запрос в Роспотребнадзор с вопросом о том, каким образом ведомство информирует малочисленные народы об изменениях в Красной книге. Здесь, безусловно, возникает очевидный парадокс», — добавил собеседник НСН.

Ранее Трунов рассказал НСН, что в этом деле ключевым моментом станет то, можно ли отнести старообрядцев, населяющим Северную часть России уже 300 лет, к коренным народам или нет.