Первые претензии США по Договору об открытом небе появились ещё в 2013 году, когда Россия задействовала в наблюдательных полётах самолёты АН-30Б с новой цифровой аппаратурой, рассказал в интервью газете «Красная звезда» начальник Национального центра по уменьшению ядерной опасности Сергей Рыжков.

Ещё больше ситуация обострилась, когда выяснилось, что Москва опережает партнёров на 6-7 лет по внедрению передовых технологий в рамках ДОН: в 2016 году международную сертификацию получил самолёт наблюдения Ту-154МЛК-1, в 2018-м — Ту-214ОН, отметил Рыжков.

По словам представителя Минобороны, Вашингтону также счёл необоснованным лимит в 500 километров для полётов над Калининградской областью, где, по мнению западных стран, Россия активизировала военную деятельность. Но российская сторона была вынуждена пойти на ограничения, поскольку хаотичные полёты западных стран в регионе вынуждали порой прерывать даже гражданское авиасообщение, рассказал Рыжков.

Другая претензия Вашингтона связана с запретом Москвы проводить полёты вдоль 10-километровой зоны у границ Южной Осетии и Абхазии. Здесь ситуация осложняется тем, что западные партнёры не признают эти республики, а Грузия не разрешает российским инспекторам проводить наблюдательные полёты над своей территорией, утверждают в Национальном центре по уменьшению ядерной безопасности.

Наконец, недовольство США вызвал отказ России разрешить инспекцию над местом проведения командно-штабных учений «Центр» с иностранным участниками, обусловленный соображениями безопасности.

США в мае 2020 года объявили, что через шесть месяцев выйдут из Договора по открытому небу. Все предлоги, используемые для этого американцами, Рыжков считает надуманными. У Москвы есть и свои претензии к Вашингтону в рамках договора, подчеркнул он.