Росреестр: Американцы плачут при виде российских карт

26 ноября 201916:46

К концу 2020 года Росреестр представит новый сервис электронных карт. Заместитель руководителя ведомства Вячеслав Спиренков рассказал в интервью НСН, чем они будут отличаться от аналогичного сервиса Яндекс.Карты, а также о том, много ли на территории России белых пятен, зачем карты требуют постоянного обновления и отчего американцы плачут, когда видят наши карты.

У нас на территории России белых пятен нет? Все ли исследовано и нанесено на карту?

— Если говорить о картографической изученности, то здесь вопрос в качестве и степени исследованности. У нас есть карты 100 и 50-тысячного масштаба, которым покрыта вся территория. 25-тысячные — мы обновляем только территорию с высокой плотностью населения. То есть, с точки зрения картрографирования, тут вопрос именно в актуальности, потому что, понятно, Земля — живая, она движется, меняется, происходят различные процессы: тектонические сдвиги. Поэтому карты необходимо обновлять. И мы проводим такую работу. Чем крупнее масштаб, тем дороже изготовление этих карт.

И, видимо, не всегда экономически это обосновано?

— А какой смысл для необжитых территорий Сибири, Дальнего Востока делать крупномасштабные карты двухтысячного масштаба, пятисотого масштаба? В рамках цифровой экономики мы сейчас делаем для всех населенных пунктов двухтысячные цифровые ортфотопланы. Это как аэрофотосъемка — фотографии, по которым удобно ориентироваться, где находятся дома, определить координаты, проводить землестроительные, кадастровые работы. По 200-му масштабу можно померить с точностью 10 сантиметров, а по двухтысячному – уже 1 метр погрешность. Например, для исправления кадастровых ошибок, определения границ участков сельхозземель, границ муниципалитетов, населенных пунктов вполне достаточно двухтысячного масштаба для заселенной и 10-тысячного — для межселеннной территории. Планируем до 2024 года покрыть всю обжитую территорию такими съемками. Мы все эти съемки — цифровые ортфотопланы, карты — погрузим в единую электронную картографическую основу. В следующем году мы должны завершить создание такого сервиса.

Это будет сервис наподобие Яндекс.Карты?

— Мы делаем аналогичный сервис. Но весь смысл в том, что это будет государственный сервис, он сделан по государственным стандартам и он официальный. То есть все госорганы, муниципалитеты, субъекты могут им пользоваться. В конце 2020 года мы планируем такой сервис запустить. Он очень востребован, у нас уже в очередь стоят и региональные, и федеральные органы исполнительной власти. Мы сейчас проводим «пилот» в Краснодаре, в Крыму. Яндекс создал коммерческий сервис, определенные услуги бесплатные, часть — за плату, доход от рекламы тоже.

А частные лица смогут воспользоваться вашим сервисом?

— Да, но за небольшую плату. Эти сервисы интересны, прежде всего, бизнесу.

Я так понимаю, что геодезия и картография это забота государства. Но геосервисы, грубо говоря, которые строятся на вашей работе, это уже история коммерческая?

— В советское время геодезия и картография была исключительно государственная, но и все сферы деятельности были такие. Исключительно государственная и практически секретная отрасль, пользовалась ее продуктами только очень узкая сфера специалистов — строители, изыскатели, инженеры.

ФОТО: РИА Новости / Алексей Даничев

Ну, туристы, наверное, еще, может быть.

— Ну, туристы, может быть. А сейчас у каждого студента, школьника есть планшет, смартфон, и там десятки этих карт, различных спутниковых снимков. И получается, что геодезия и картография уходит в широкие массы. Сервисы, картографические основы стали очень востребованы. И здесь нам как государственному органу очень важно грамотно построить стратегию государственной политики. В советское время всё было государственное и всё секретное; в 90-е была идея, что всё на рынок, всё абсолютно рыночное. Сейчас мы хотим найти ту золотую середину. Проводим научное исследование сферы деятельности. Кстати, его результаты абсолютно открытые, например, сайт https://pd.gosreforma.ru/. Такая вот фотография момента, которая позволит нам в дальнейшем разработать и утвердить основы госполитики. Мы сейчас совместно с Минобороны такой документ начали разрабатывать. Понятно, что геодезия и картография — у нее всегда во всем мире…

Военное измерение еще.

— Да! Это две стороны медали — гражданская и военная. Поэтому тут без военных мы никуда не денемся. Оборона и безопасность — это очень важно. И вот эти основы госполитики, надеемся, разработаем, в следующем году согласуем, донесем в Правительство, утвердим там, и поймем, как до 2030 года будем эту сферу деятельности развивать.

Как бы это могло пригодиться в дальнейшем?

— Вот выяснилось, например, что самые востребованные услуги в сфере геодезии и картографии — это кадастровые работы и землеустройство. То есть самые активные, самые часто используемые — это те работы, которые выполняют кадастровые инженеры по измерению, уточнению координат земельных участков и объектов капитального строительства. И мы уже год в рамках этого НИРа выводы фиксируем для себя и уже полгода ведем работу над проектом «Основы госполитики» и пониманием, что нужно развивать в первую очередь. Здесь проблем много. Например, сейчас полностью утрачена сфера приборостроения в геодезии. В советское время все геодезисты мерили отечественными приборами. Сейчас, к сожалению, приборы все у нас импортные. Понятно, что нужно развивать и программное обеспечение российское, и у нас есть поручение Президента в этом направлении работать. Сейчас законодательство мы планируем править, чтобы у российского программного обеспечения был приоритет. Ну и в перспективе, конечно, до 2030 года — приборостроение. Здесь однозначно надо свои компетенции восстанавливать. Это новая, высокоточная научная сфера.

Ну да, здесь одними пальцами не обойдешься.

— Конечно! Нужны современные высокоточные методы спутниковой геодезии.

Вы вели работу в течение этого года с органами власти. А бизнес? Есть какое-то понимание, что бизнес ждет от вас?

— Бизнес ждет наши карты и качественные, современные геодезические сети. Тут тоже как раз вопрос необходимости их обновления, пересчета координат сетей, опять из-за этого движения Земли и антропогенного воздействия человека. Также Правительство нам задачу поставило, что раз в десять лет мы пересчитываем параметры фигуры всей Земли.

ФОТО: РИА Новости / Валерий Титиевский

Она меняется?

— Она меняется из-за геодинамических процессов. Она не шар и не эллипсоид, она очень сложной формы — горы, реки, низины. Посмотрите на географическую карту — она неровная. И все это движется. Геодезические сети тоже меняются, их надо постоянно переуравнивать. И раз в десять лет мы фактически переутверждаем новую государственную систему координат, от которой ведется расчет.

Извините обывателя, кривизну Земли?

— Кривизну Земли, условно говоря. Мировое сообщество, мировые геодезические институты, ООН не могут без наших измерений существовать в принципе. Если мы скажем: «Нет, вы нам надоели» и бросим участвовать в работе международных институтов — всё, у них не будет точных параметров Земли.

То есть у нас есть такая возможность, просто учитывая протяженность страны?

— Да, просто учитывая протяженность и размеры России, возможность делать измерения на нашей территории. Научная школа, сама территория и очень серьезная советская основа нам позволяют все-таки выглядеть очень хорошо. И, конечно, экономическая развитость. Мы делали оценки по объему рынка геодезии и картографии. Мы в десятке стран в денежном выражении. У нас развитый рынок геодезических работ: строительство, кадастровые работы, землеустройство.

А насколько актуальна цифра 1 триллион рублей на рынок?

— Рынок пространственных данных и вообще сферы геодезии и картографии имеет огромный потенциал, потому что это реальные пространственные данные, которые позволяют ориентироваться во всех сферах экономики и дают определенный дополнительный эффект. Тот же бизнес, к слову. С Корпорацией малого и среднего предпринимательства у нас есть совместный проект «Бизнес-навигатор». Бизнесмен, например, хочет открыть торговую точку и не понимает, будет ли в каком-то конкретном месте покупатель или нет.

Он берет пространственные данные…

— Берет пространственные данные, в координатах, и ему эта система говорит: «Вот здесь потоки людей вот такие-то, утром, вечером, ночью, в штуках, в людях, а вокруг такие-то точки. У тебя будет конкуренция здесь или ее не будет».

То есть не надо, скажем так, тыкать пальцем. Можно спрогнозировать?

— Да, можно уже спрогнозировать, что да, вот здесь будет золотое дно, конкурентов нет, отбоя от посетителей не будет, ты через неделю свои затраты отобьешь. Или наоборот: открывай не открывай — здесь ноль, куча конкурентов и посетителей никаких не будет. То есть вот пространственные данные для открытия ларька или супермаркета, а все туда же упирается – в геодезию и картографию.

Как вы считаете, нынешние школьные контурные карты соответствуют реалиям?

— Есть проблема, мы обсуждали это тоже с Министерством просвещения. Понятно, что издатели карт пытаются сэкономить. И что самое дешевое? Купить где-то в Китае какие-то там учебники непонятные, перевести карты. Купить за копейку, продать за рубль. И, к сожалению, действительно, есть отдельные случаи. Росреестр также занимается геодезическим надзором, и в том числе вопросами правильности отображения наименований географических объектов, например, населенных пунктов и государственной границы Российской Федерации. Действительно были выявлены факты — и в учебниках, и в книжках, даже в программах в смартфонах — несоответствия отображения госграниц и нарушения законодательства Российской Федерации. Мы такие факты выявляем, принимаем меры, штрафуем. Недавно как раз мы разбирались с компаниями Apple, Google, потому что они территорию Крыма отображали неверно. Проводили с ними разъяснительную работу. Они, конечно, хитро поступили. То есть, когда ты смотришь с территории России, показывают, что Крым российский. Если смотришь с территории других государств — там отображение несколько отличается. То же самое с учебниками. Мы сейчас в Минпросвещения ведем работу, чтобы все учебники географии, контурные карты проходили нашу экспертизу. Чтобы мы могли подтвердить, что наименования соответствуют и соответствуют границы.

У кого карты лучше у нас или у Google Maps?

— Во-первых, надо понять, что Google и Яндекс — это коммерсанты. Для коммерсантов качество не так важно, им главное — сопоставить затраты. Они применяют краудфандинг, когда школьники, студенты, ради интереса, сидят рисуют карты, используют любые доступные сведения. Это даже некорректно сравнивать.

Ну, понятно, что это ориентировано на любителей общепита ближайший ресторан найти.

— Совершенно правильно сказали! Но они нашими картами тоже пользуются. Яндекс, например, у нас регулярно все новые карты приобретает, чтобы включить в свои сервисы. Если вы Яндекс откроете, там внизу лицензионного соглашения стоит копирайт, и копирайт Росреестра — в первых рядах. Более интересный вопрос для меня – государственные карты. Какие государственные карты качественней и подробней – российские или европейские, американские?

И у кого же лучше? А карта России или карта Америки?

— Однозначно, российские! В рамках проекта «Пространственные данные Арктики» мы разместили свои карты, наши зарубежные коллеги картографы свои, можно очень легко их сравнить на стыках государственных границ. Когда финны, американцы, канадцы видят наши карты, у них слезы текут. Они говорят, что «мы так не умеем и не можем себе это позволить». Советские стандарты картографирования, которые до сих пор у нас сохраняются, очень жесткие и очень детальные. То есть мы отображаем, условно, местность, маленькие речки, ручьи, болота, родники, леса. У них на картах этого практически ничего нет. Это — про государственные карты.

Добавляйте НСН в избранные источники Яндекс.Новостей

ФОТО: Росреестр