Инцидент с российскими и китайскими военными самолетами в южнокорейском и японском воздушном пространстве на прошлой неделе стал очередным показателем усиления союза между Москвой и Пекином, пишет обозреватель американского издания The Wall Street Journal.

По словам уходящего директора Национальной разведки США Дэна Коутса, Россия и Китай в настоящее время так же близки как во времена 1950-ых годов. При этом ряд аналитиков списывали на нет перспективы тесного сотрудничества Москвы и Пекина, отмечает автор.

«Главной целью внешней политики г-на Путина давно было построение России как независимой великой державы между Европой и Китаем; тесный союз с растущим Китаем работает против этой цели. Напряженность вдоль их протяженной границы, коммерческое соперничество и подозрения со стороны России относительно китайских претензий на дальневосточные территории, как правило, разделяют две страны», — цитирует спецкор НСН статью WSJ.

Обозреватель отмечает, что многое ожидали, что учитывая экономический спад России и быстрый рост Китая, Москва поддержит усилия Запада, чтобы сбалансировать влияние Пекина.

«Вместо этого Москва, похоже, пришла к выводу, что дверь на Запад закрыта. Европейский Союз слишком слаб, слишком нерешителен и слишком либерален, чтобы служить стратегическим партнером путинской России. Президент Трамп слишком непостоянный, а Конгресс слишком враждебен, чтобы США могли удовлетворить потребности России. Это оставляет очевидный выбор между союзом с Китаем и изоляцией», — передает спецкор НСН выдержки из публикации WSJ.

Еще одной причиной сближения России и Китая автор называет усиление влияния Соединенных Штатов в мире. По его словам, Москва и Пекин решили работать сообща, чтобы этому противостоять.

Обозреватель WSJ называет три фактора, благодаря которым усилилось мировое влияние США. Во-первых, повышенная устойчивость энергетических рынков, за счет успешных технологий нефтедобычи, а также большего применения возобновляемой энергии на Западе. Во-вторых, усложнение информационных технологий означает, что власти США могут отслеживать сложные транзакции и применять вторичные санкции в беспрецедентной степени, пишет автор. Третьим фактором журналист называет президента Трампа.