Жена бывшего генерального директора «Гоголь-Центра» Алексея Малобродского, обвиняемого по делу «Седьмой студии», Татьяна Лукьянова опасается за жизнь и здоровье своего супруга. Она обратилась с открытым письмом к главе Следственного комитета РФ Александру Бастрыкину и уполномоченному по правам человека Татьяне Москальковой, в котором просит обратить внимание на условия содержания супруга, сообщает «Эхо Москвы».

По её словам, за 9,5 месяцев содержания под стражей у Алексея Малобродского ухудшилось здоровье, а после перевода в СИЗО с более жёсткими условиями содержания появились проблемы с сердцем, а также поднялось давление. Она подчеркнула, что в вызове врача после обострения ему было отказано.

Член Совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека Александр Брод в эфире НСН подтвердил, что условия содержания обвиняемых в России нарушают права человека на безопасность и охрану здоровья.

«К сожалению, нашему правосудию ещё далеко до гуманизма. У нас по-прежнему распространены тенденции репрессивного правосудия, немало заказных дел, чрезмерного правоприменения. Поэтому если возбуждается уголовное дело, человека рассматривают как потенциального преступника, абсолютно игнорируя принцип презумпции невиновности. Есть международные обязательства по созданию необходимых условий содержания подозреваемых, осуждённых, но это редко соблюдается. Поэтому естественно, что в силу стресса, и самого режима этих заведений, порой у людей ухудшается здоровье, поднимается давление, обостряются хронические заболевания. Были случаи и продолжаются, когда люди уходят из жизни из-за несвоевременного оказания медицинской помощи», — заявил Брод.

Медицинская помощь, оказываемая в следственных изоляторах, зачастую не приносит видимых результатов, так как судебная система ставит на обвиняемых крест, заметил правозащитник. Единственным способом борьбы с нарушением прав заключённых, по его мнению, остаётся освещение этих проблем и привлечение общественных наблюдателей.

«Как бороться с этой проблемой? Только открытостью, только гласностью, только путём совершенствования общественного контроля. Большая роль здесь отводится общественным наблюдательным комиссиям, уполномоченным по правам человека, которые могут входить в эти учреждения, беседовать с подозреваемыми, осуждёнными, привлекать внимание СМИ, писать запросы. Только так можно привлечь внимание к проблеме и побудить судебную систему, ФСИН создавать необходимые условия», — заключил Александр Брод.

В своём обращении к представителям власти жена Малобродского также указывает на ряд других несправедливых моментов в содержании её мужа. Экс-директор «Гоголь-Центра» единственный из обвиняемых содержится под стражей, в то время как остальные фигуранты дела находятся под домашним арестом. Кроме того, в последнее время следствие отказывает ей в свиданиях с супругом, несмотря на то, что расследование завершено, и помешать «интересам следствия» их встречи уже не могут. «Я просто хочу быть уверенной, что жизни и здоровью моего мужа ничего не угрожает. Я прошу дать мне возможность лично убедиться в этом. Я знаю, что имею на это право», — такими словами завершается письмо супруги обвиняемого.

Алексей Малобродский, как и другие фигуранты дела «Седьмой студии», обвиняется в хищении госсредств. Единственным обвиняемым, признавшим вину, стала экс-бухгалтер «Седьмой студии» Нина Масляева, она пошла на сделку со следствием, после чего была переведена из СИЗО под домашний арест.