Интервью

Кожухов: Я чувствую себя Сталкером

2 Августа 2017 в 20:52
Кожухов: Я чувствую себя Сталкером

Телепутешественник рассказал о пельменном аврале, дружбе с вождем племени дани и путешествии на «Крузенштерне».

Известный журналист, президент «Клуба путешествий» Михаил Кожухов рассказал НСН о плаваниях на «Крузенштерне», о предстоящей встрече знаменитого барка со своим близнецом, о том, чего достиг «Клуб путешествий» за четыре года и о своей работе на ТВ.

- Михаил Юрьевич, совсем недавно вы вернулись из очередного путешествия на уникальном паруснике «Крузенштерн». Поделитесь, пожалуйста, впечатлениями.

- Для меня всегда самое интересное – видеть, что происходит с людьми, которые едут туда с нами впервые. Я поймал себя на мысли, что чувствую себя персонажем Тарковского из фильма «Сталкер», чувствую себя Сталкером.  Я вижу, как они едут на «Крузенштерн» - немного растерянные, не понимающие, не знающие, что их ждет. И потом - как они меняются буквально на глазах. Я знаю, чем это для них закончится. Все, без исключения, будут размазывать слезы по щекам, когда мы сойдем на берег. Кто – стесняясь, кто – не скрывая эмоций. 

19601292_1316545628414771_2934976060477140544_n.jpg

Они все поменяют аватарки в соцсетях: кто-то поставит крутое селфи, сделанное на салинге – на самой верхней площадке, куда можно забраться на мачте, кто-то – поместит себя на фоне такелажа и невероятного заката… И они долго не расстанутся после этого и будут общаться между собой. Это происходит абсолютно со всеми людьми, без исключения. «Крузенштерн» – это как «зона» у Тарковского, где все абсолютно другое, начиная с отсутствия мобильной связи и интернета, и заканчивая ощущениями и фантастическими людьми.

- А самый необычный отзыв о путешествии можете вспомнить?

- Самый необычный отзыв заключается в том, что однажды с нами в путешествие отправился взрослый человек, за полтинник, прошедший службу в спецназе. А через год он вернулся на «Крузенштерн» матросом. Изменил свою жизнь, понимаете? Отучился и устроился туда матросом.

19667455_1316547931747874_7758360319809107315_o.jpg

- По какому расписанию живет «Крузенштерн»?

- Там нет пассажиров, шезлонгов и баров. Учебное парусное судно, на котором проходят практику 17-летний мальчишки и девчонки – курсанты училищ рыболовного флота. И мы стараемся сделать так, чтобы наши люди максимально стали частью экипажа. В семь часов тебя будит судовое радио, которое сообщает, в какой точке света ты находишься, сколько миль было пройдено за ночь, какой ожидается ветер и волнение, если оно есть.

19667743_1316547138414620_6401071588309398247_o.jpg

На второй день всем дается возможность подняться так высоко, как человек этого хочет, вплоть до салинга – это 42 метра над палубой. Если человек чувствует себя комфортно, не боится, поднимается уверенно, у него есть возможность принимать участие в парусных авралах - ставить или убирать паруса. А их на «Крузенштерне» почти четыре квадратных километра! Авралы бывают по нескольку раз в день.

19702011_1316552628414071_5247296121879884873_n.jpg

 Между ними - учеба. История паруса, навигация, морские дисциплины. Плюс еще есть практические занятия - вязание морских узлов, например. Иногда бывает пельменный аврал, когда весь экипаж, включая капитана, лепит пельмени.

13254033_973208882748449_2561851765290898811_n.jpg

Когда хорошая погода и есть время, устраивается купание в парусе. В море опускается один из парусов, он превращается в бассейн, и весь экипаж, и наши люди тоже, купаются прямо в парусе.

- Не могу не спросить о встрече двух кораблей – «братьев», которая должна произойти этой осенью.

- Дело в том, что лучшие в мире парусники были построены в начале ХХ века в пароходной компании одного и того же человека. Его звали Лаеш. У него была кудрявая жена, и он в шутку называл ее пуделем. И все корабли его назывались на букву «П» - «Пассат», «Памир», «Падуя».

Тогда человечество уже не строило парусников, по морю пыхтели пароходы. И немцы, которых раздражало первенство англичан, воплотили в этих кораблях все лучшее, что накопило человечество в области строительства больших парусных кораблей. Эти красавцы получили название «Wind-jammers» - выжимающие ветер. Это были огромные грузовики, которые покрывали с невероятной скоростью расстояния между Европой и Южной Америкой, откуда возили селитру, необходимую для производства пороха.

Из всех этих парусников на плаву остались только два. Это нынешние «Крузенштерн» и «Седов». Остальные либо погибли, либо превратились в музеи.

Корабль «Поммерн» стоит уже много десятилетий на Аландских островах в качестве музея. Замысел в том, что «Крузенштерн» подойдет к нему вплотную, и два брата встретятся. Они не виделись с тех пор, как они были построены. Я буду в этот день на «Крузенштерне», и всех желающих романтиков приглашаю в поход! Стартуем 11 сентября из Гданьска.

- В этом году «Клубу путешествий» исполнилось четыре года. Что вы считаете главными достижениями, самыми яркими моментами Клуба за эти четыре года?

- Самое неожиданное и интересное связано с тем, что мы, сами того не ожидая, создали «третье место», в кавычках. Есть такая социологическая теория, которая говорит, что у человека есть первое место – это его интимное пространство, где находятся только его самые близкие люди, есть второе, где он самореализуется и зарабатывает деньги. Но оказалось, что у человека современного, успешного, занятого, реализованного, вооруженного гаджетами и погруженного в соцсети, очень сильна потребность в «третьем месте», где он мог бы обмениваться эмоциями, мыслями, радостью, в том числе, и от путешествий. Похоже, что нам удалось создать вот это «третье место» для очень-очень многих людей, которые, съездив с нами куда-нибудь, расширяют свой круг общения, обретают, неожиданно для себя, не только новые знакомства, но и дружбы. Вот этим мы очень-очень довольны.

- Не могу не спросить про вашу поездку на Ставрополье, о которой вы рассказывали на Facebook. В соцсети, например, есть фото, на которых вы сидите за рулем комбайна. Хотелось бы узнать подробности.

20157352_1330457750356892_5114432412631572140_o.jpg

- Эта поездка тоже родилась из Клуба. Со мной ездил в Гватемалу человек, с которым мы сдружились. Он генеральный директор крупного агрохолдинга на Ставрополье. Узнав о том, что я никогда не видел, как убирают хлеб, пригласил меня посмотреть и принять в этом участие. Конечно, мне было это невероятно интересно, потому что это новый для меня опыт, новые люди. Я чувствовал себя там счастливым человеком. Я лично очень люблю поездки по России, это прочищает московские мозги, приземляет, помогает понять, чем живет страна. Я испытываю в этом потребность.

- Наверняка к вам нередко обращаются с вопросом «Что делать, чтобы открыть свою программу про путешествия». Очень многим, особенно молодым людям, кажется, что это все очень легко и интересно. Как вы отвечаете на такие вопросы?

- Это в действительности каторжный труд. У телевидения есть своя экономика, и она диктует необходимость снимать как можно больше в возможно краткий период времени. Если ты делаешь программу, которая выходит еженедельно, то это похоже на что угодно, только не на отдых. Тебе приходится снимать по четыре-пять сюжетов ежедневно, и никого не интересует, сколько тебе придется проехать для этого, по каким дорогам, какая температура за бортом, где ты поешь и поешь ли вообще.

13086672_960141864055151_4348830168970616043_o.jpg

Кроме этого, такая работа - это очень высокое эмоциональное напряжение. Чтобы людям было интересно смотреть на тебя, необходимо передать камере всю энергию, на которую ты способен. Так что после двух недель съемок тебе необходимо несколько дней реабилитации – одиночества и молчания.

По поводу того, как этому научиться, у меня нет никаких рецептов. Это сумма каких-то природных качеств, прочитанных книг, впечатлений, твоих личных переживаний, осмысленных тобой. Есть в этом и заслуга твоих родителей, которые тебе передали чувство юмора, пластичность, умение работать в кадре. Как всему этому научить? Не представляю.

- Чтобы картина была полной, спрошу про самый выстраданный, самый тяжелый выпуск в вашей карьере и про выпуск, которым вы особенно гордитесь.

- Тяжелых было много, потому что мы снимали часто в тропиках и на больших высотах. Африканские экспедиции очень тяжелые были, просто потому что это совершенно другая среда, которая далеко не всегда соответствует твоим представлениям о санитарных нормах, например.

Выпуск, которым горжусь, наверное, о Папуа-Новой Гвинее, где мне удалось подружиться с вождем племени дани, все называют его «папа Яли», и он действительно как папа для своих людей. Мы сняли у него в деревне с оператором вдвоем, без режиссера, два часа прекрасного материала, который пришлось нещадно резать, чтобы уместиться в хронометраж. И все это - за полтора дня на одной площадке длиной метров 25 и шириной не больше 15! Получилось и смешно, и интересно, и разнообразно. Я думаю, что не каждая съемочная группа какого-нибудь Би-Би-Си сможет такое сделать. 


Партнеры

Партнеры

Партнеры