Интервью

Генерал-полковник авиации: Коалиции быть. У союзников нет другого выхода

26 Ноября 2015 в 18:40
Генерал-полковник авиации: Коалиции быть. У союзников нет другого выхода
Генерал-полковник авиации Николай Антошкин – о жизни и боевом настрое российских летчиков в Сирии, оружии ИГИЛ и сирийской армии.

Депутат Госдумы, генерал-полковник авиации, Герой Советского Союза Николай Антошкин в эксклюзивном интервью НСН рассказал о своём посещении российской базы ВКС РФ в Сирии, создании международной коалиции против "Исламского государства", а также о тех, кто поставляет оружие боевикам. 

- Николай Тимофеевич, после того, как турецкие ВВС сбили российский Су-24, какая реакция России должна последовать?

- Как военный человек, могу сказать, что отреагировать нужно умеренно жёстко, начиная дипломатическими действиями, заканчивая военными (за исключением военных вторжений - НСН). Безнаказанно это нельзя оставлять! Президент правильно предупредил: при малейшей опасности без всякого предупреждения будет применяться оружие. Пусть не лезут, куда не просят. Мы действуем не против их государства, а против террористов.

- Повлияет ли сбитый Су-24 на боевой настрой авиационной группы?

- Нет. Мы не такие потери несли, сохраняя боевой дух. После этого «ножа в спину» и такого недружелюбного отношения, будут приняты соответствующие меры. Я думаю, что такой инцидент больше не повторится. Если повторится, то получат по зубам. Вряд ли кто-то осмелится после сделанного предупреждения действовать исподтишка против нас.

- Не так давно вы сами были в Сирии. Какой была цель вашего визита?

- Меня пригласили посмотреть и оценить (базу российских лётчиков в Сирии - НСН), пообщаться с личным составом, встретиться с сирийскими офицерами и генералами. В первый раз я там был с 3 по 6 октября, сразу после начала спецоперации. А во второй ― с 14 по 16 ноября. Это была краткосрочная поездка. К сожалению, за это время я не смог всё посмотреть.

- В каких условиях живут российские лётчики?

- Я сам жил в этих условиях. Это небольшие узкие будочки, как у геологов, с кондиционером. Количество людей, которое в них живёт, разное: у лётчиков – поменьше, у технического состава – побольше. Так как численность группы увеличивается, то подвозят ещё домики. Часть из них сделана в России, другая – в Китае. По оценке личного состава, наши домики лучше. Кроме того, там уже сделали командный пункт, установили огромную столовую палаточного вида отдельно для лётчиков и технического персонала, молельный дом. 

-  Военные на жару не жалуются?

- Сейчас такой жары в Сирии нет. В октябре было жарко. Но они не жалуются. Военным выдали южную форму.

- Есть ли в Сирии российские солдаты-срочники?

- Там контрактники, это подтвердило руководство. Срочников я не видел.

- Как осуществляется поставка снарядов и вооружения?

- По-разному: и морем, и воздушным транспортом. В Латакии есть наша база, у сирийцев есть порты. Вопрос топлива решают на месте, так как в Сирии кругом нефть и нефтеперегонные заводы.

- Какая воздушная техника входит в состав российской авиагруппы в Сирии?

- Су-24, Су-25, Су-30, Су-34. Вертолёты Ми-8 и Ми-24.

- Какое вооружение есть у сирийской правительственной армии?

- У них устаревшее оружие, в том числе танки и самолёты. С распадом Советского Союза в страну прекратилась поставка более современного вооружения. Недавно они потеряли МиГ-21. Сирийские лётчики учились у нас, уровень подготовки у них неплохой.

- Каким оружием владеют боевики ИГИЛ? Кто поставляет им оружие?

- Оружие боевикам поставляют через разные страны, в том числе и бизнесмены, торгующие им. У них есть оружие американское, китайское, российское с бывших территорий Советского Союза, в частности с Украины. Кроме того, боевики захватывают оружие, иракское и сирийское. Авиации у них нет. Зато есть ПЗРК, поставленный через Украину, ЗУ 23-2 (советская спаренная зенитная установка – НСН). Есть крупнокалиберные пулемёты. По журналистам ударили ТОУ (ПТРК ТОУ - американский тяжёлый противотанковый ракетный комплекс - НСН), это противотанковая ракета американского производства, но она старая, возможно, была модернизированная. У боевиков можно найти всё, что угодно.

- Стоит ли рассчитывать на создание международной коалиции после инцидента с Су-24?

- Не только стоит, но и нужно. Я думаю, что коалиция будет, никуда они не денутся. Против общего врага человечество всегда объединялось и сейчас должно объединиться. Иначе потом будет поздно, будут большие жертвы и потери, а это никому не нужно, тем более Европе.

- Некоторые медийные персоны задаются вопросом: зачем Россия начала спецоперацию против «Исламского государства», когда боевики не угрожали ей. Что вы думаете на этот счёт?

- Это обыватели, не понимающие серьёзного процесса и не знающие историю. Руководители государства подготовлены и видят далеко. Через Россию проходило много войн и конфликтов. Мы знаем о террористах не понаслышке. Они сначала готовятся там, а потом оказываются в России, но только в большем количестве. Руководство страны решает всё без крика и шума, очень спокойно. Мне приятно, что в голосе и действиях (президента Владимира Путина – НСН) есть твёрдость. 

- Это новая война?

- Да, терроризм ― это коричневая чума XXI века. Она расползается: боевики занимаются вербовкой, шантажом, используют ислам в своих целях. Они заставляют людей принимать присягу, а если вдруг что – моментально убивают.

- Как долго будет продолжаться операция в Сирии?

- Это не один день. Всё зависит от того,  будет ли создана коалиция. Чем быстрее её создадут и начнут действовать, тем быстрее там перейдут на мирные рельсы, политические переговоры.

- Разве можно договориться с боевиками?

- Речь о курдах, суннитах и шиитах. О населении, которое там проживает. Кому-то придётся дать автономию, кому-то ― должности. Сначала нужно разобраться с террористами, а потом сесть за стол переговоров и решать вопросы политическим путём.


Партнеры


Партнеры



Партнеры



Партнеры